Текст песни Рок Острова и Аня Воробей — Сходняк
Оригинальный текст и слова песни Сходняк:
Солнышко румяное
Над Невою греется,
Пробежали годы, словно дни.
Всё вокруг меняется,
Человек надеется,
В окнах загораются огни.
Вот, старушка светлая
На «Исакий» крестится,
Жизнь скакнула в двадцать первый век.
Три машины чёрные,
Рядом не поместятся,
Кругом встали девять человек.
Говорят в вполголоса,
Трут о чём-то, нехотя,
Лидеры трёх питерских бригад.
Сыч, Шаман, Якушины,
Два вора приехали,
С ними Палыч, Сёма и Ринат.
Дым по ветру тянется,
Лица у всех кислые,
Позвонили утром из Москвы.
Там, на Пасху Красную,
Замочили Лысого,
Кто исполнил, приняли менты.
Вроде, не ко времени,
Нынче беспредельничать,
Но, убит крутой авторитет.
Им в столице долбанной,
Только бы бездельничать,
Все усилия сведены на «нет».
Лысый — не подарочек,
Многим он не нравился,
Но, войны не нужно тут и там.
Завтра ближе к вечеру,
На разбор отправятся,
Миша-Ствол, Рябина и Шаман.
Перевод на русский или английский язык текста песни — Сходняк исполнителя Рок Острова и Аня Воробей:
Sun rosy
Above Neva is heated,
It runs through the years, like the days.
Everything is changing,
Man hopes
In the windows light up the lights.
Here, old light
On the «Isaac» is baptized
Life jumped into the twenty-first century.
Three black cars,
Close does not fit,
Around nine people stood up.
Speak in a low voice,
Truth about something, reluctantly,
Leaders of three teams from St. Petersburg.
Sych, Shaman, Yakushina,
Two thieves came
They Pavlovich, Sema and Rinat.
Smoke in the wind stretches,
Individuals at all sour,
We called the morning of Moscow.
There, the Red Easter
Soak the Bald,
Who sang, took the cops.
Bald — not a present,
Many did not like,
But the war is not necessary here and there.
Tomorrow in the evening,
In the analysis of go,
Misha trunk, Rowan and Shaman.
Если нашли опечатку в тексте или переводе песни Сходняк, просим сообщить об этом в комментариях.
Три машины черные рядом не поместятся
Официант носит мутное пиво,
Отрываясь, шумит бар «Тинькофф».
Здесь лабает оркестрик красиво,
— Ну, давай, будь здоров!
Вот, Шаман задымил сигаретой,
И спокойно взглянул на вора.
А за окнами с вечера, где-то,
Начиналась зима.
Вор сидел, развалившись на стуле,
Чёрный перстень на пальце сверкал.
— Ты, Шаман, что-то грустный, в натуре,
Или, может, устал?
Ты, пацан, прекрати это, слышишь?
Посмотри, как изменчива жизнь.
Надо жить, пока ты ещё дышишь,
Ну, а там поглядим.
Я тебя разглядел ещё в зоне,
Словно сына, тебя полюбил.
Нынче, брат, вся Россия «в законе»,
Блатовать нету сил.
Ты, Шаман, человек справедливый,
Только Питер, тебе, не Москва.
Вор поднялся и вышел красиво,
Начиналась зима.
Солнышко румяное
Над Невою греется,
Пробежали годы, словно дни.
Всё вокруг меняется,
Человек надеется,
В окнах загораются огни.
Вот, старушка светлая
На «Исакий» крестится,
Жизнь скакнула в двадцать первый век.
Три машины чёрные,
Рядом не поместятся,
Кругом встали девять человек.
Говорят в полголоса,
«Трут» о чём-то, нехотя,
Лидеры трёх питерских бригад.
Сыч, Шаман, Якушины,
Два вора приехали,
С ними Палыч, Сёма и Ринат.
Дым по ветру тянется,
Лица у всех кислые,
Позвонили утром из Москвы.
Там, на Пасху Красную,
Замочили Лысого,
Кто исполнил, приняли менты.
Вроде, не ко времени,
Нынче беспредельничать,
Но, убит крутой авторитет.
Им в столице долбанной,
Только бы бездельничать,
Все усилия сведены на «нет».
Лысый – не подарочек,
Многим он не нравился,
Но, войны не нужно тут и там.
Завтра ближе к вечеру,
На разбор отправятся,
Миша-Ствол, Рябина и Шаман.
Столько лет не был он,
В этом городе шумном,
Столько лет не видал он Москву.
Только сердце стучит,
И дышать стало трудно,
Жизнь сегодня ломает судьбу
Эй, Галина Алексеевна,
Может чаю выпить всем нам,
Мы покурим здесь на кухне, посидим.
На звонки все отвечайте,
Только сразу знать нам дайте,
Мы в обиду вас, поверьте, не дадим.
Что, задумались немного,
Не грустите ради бога.
Жизнь сейчас, как бочка пороха с огнём.
А сынок ваш, парень дерзкий,
Пулю с метра прямо в сердце
Завалить такого дядю светлым днём.
А она будто слепая.
Два омоновца болтали
Автоматы, на кушетку положив.
Перед ней вся жизнь промчалась,
Только боль одна осталась
И надежда лишь бы сын остался жив.
Старые листья, старые листья
Стелятся, стелятся, там по земле,
Может быть, может быть, всё это снится?
Всё лишь во сне, всё лишь во сне.
Ну, за что, судьба жестока,
Что же бьёт она её так,
Жизнь итак у ней всё счастье забрала,
Но судьба, неотвратима,
Взять единственного сына,
Что ещё, ты приготовила судьба.
Вы нас только извините,
Нет, спасибо вы сидите
Мы немного перекусим тут у вас.
Мы всё это понимаем,
Но и службу исполняем
Ну, а в службе нашей точность и приказ.
В небольшой одной квартирке
В новом доме на Ордынке
Два омоновца, на кухне пили чай
В кресле женщина сидела
И куда-то вдаль смотрела,
По щеке слеза катилась невзначай.
Молоденький парнишечка, всего пятнадцать лет
В отстойнике вопросов ожидает,
Но у него у бедного ответов просто нет,
А следователь-волк, об этом знает.
А следователь ушлый, без умолку говорит,
Печатая на старенькой машинке
Парнишка, щурясь, грустно так, сидит в окно глядит,
А в стёклах, отражаются слезинки.
А за окошком птица, всё кружится,
А за окошком в мае, всё растает,
Но ляжет снег постелью на земле,
Теперь уж только где-то в декабре.
«Ну, как ты, в ресторане, полном среди бела дня
Ему в лобешник, засадил маслину?
Наверное, таблеток наглотался втихаря,
Глаза навыкат с пушкой и в малину.
«Ведь ты пойми родимый, что теперь ты, не жилец,
Себя не жаль, о матери подумай.
Нет, ты не понял парень видно всё, тебе конец,
Смотри пацан, не я это придумал».
Молоденький парнишечка, уставился в окно
Там жизнь его, короткая мелькала
Во всём жестоком мире, только мама у него,
Красивая и добрая такая.
Он за неё готов любому горло перегрызть,
А этот скот, тогда её ударил.
Ну, что же, под откос теперь его скатила жизнь,
Он сам пошёл сознательно по краю.
«Я вам, как не пугайте, ничего не расскажу»
Парнишка встал и прислонился к стенке
«А протокол, какой хотите, сразу подпишу»
Болтались джинсы на худых коленках.
Огромный город за окном, горит огнями и не спит,
Весна, немного погостив, совсем пришла.
В глубоком кресле у окна, забывшись, женщина сидит
И у неё на сердце долгая зима.
А у неё на сердце лёд и серебро седых волос
И горе тенью на красивое лицо,
Зачем же этот человек им с сыном, столько зла принёс
Хотя, о мёртвых, хорошо иль ничего.
Ведь кроме сына у неё, в огромном мире никого
Они вдвоём в мороз и снег по жизни шли
Только великая любовь спасла её, спасла его
Она верна до самой смерти той любви.
Её не тронула река, её не тронул дикий зверь,
Мужчины гибли, только чтоб она жила.
Куда идти, кого просить и что же делать ей теперь,
Ты подскажи, ответь, жестокая судьба.
Огромный город за окном, горит огнями и не спит,
Весна, немного погостив, совсем пришла
В глубоком кресле у окна, забывшись, женщина сидит
И у неё на сердце долгая зима.
На Матросской тишине
На Матросской тишине, зеки, парятся
Кто с вещами на этап, кто останется
Это обязательно,
Слушайте, внимательно.
На Матросской тишине, стены толстые,
А подследственные все, сильно пёстрые
Видно масти разные,
Чёрные и красные.
На Матросской тишине, хаты полные
Зеки поголовно все, недовольные,
Матерятся, маятся,
А срока, считаются.
На Матросской, «кумовья», все – полковники,
А в гражданке поглядеть, уголовники.
Тут со всеми парятся,
Им, наверно, нравится.
На Матросской тишине, «малолетка» есть
Подрастёшь и на «взросляк» предлагают сесть
Эх, тоска, тут жгучая
Проволока колючая.
Над Матросской тишиной, голубь белая,
В синем небе покружит, королевою
Души лечат грешные
Ангелы, небесные.
Как хочется жить от заката к рассвету
Здесь время ползёт от вины до вины,
Четыре стены и форточка где-то
И мы здесь совсем никому не нужны.
Как хочется жить, но никто не поверит
Всё время молчат стены старой тюрьмы,
Четыре стены и окошко на двери
И мы здесь совсем никому не нужны.
Как хочется жить, ночь в душе арестанта
А ночью несутся кошмарные сны,
Четыре стены и горящая лампа
И мы здесь совсем никому не нужны.
Как хочется жить всем кто там за забором
Тоскуют мальчишки, совсем пацаны
Четыре стены и железные шторы
И мы здесь совсем никому не нужны.
Трасса. Мокрый асфальт.
Дождь бьёт по стеклу.
Сверху черные тучи, черные тучи, хмурые тучи
Ветер тучи погнал
Даль встретит закат
Версты стелятся где-то,
А по всей трассе венки.
Трасса жжёт огоньки.
Дождь вроде прошёл.
В тучах спряталось солнце, спряталось солнце, тёплое солнце.
Где-то, кто-то не спит
Там любят и ждут
Рядом вера с надеждой,
А вместе с ними любовь!
Журавль под синим небом пролетает,
Наверное торопится домой.
А Леха газ спокойно выжимает,
Играет с мокрой трассой и судьбой.
А сзади спят два питерских бандита,
С которыми он едет на разбор.
Стволы березок зеленью укрыты.
Там впереди тяжелый разговор.
Он лагерь тот холодный вспоминает.
И столько лет в ночи глаза ее.
Душа его то с ним, то улетает
В края, где сердце спрятал он свое.
Журавлик, журавлик, журавлик
Покружится над головой.
Ты как в синем море кораблик.
Куда ты, куда ты, родной?
Ты как в синем море кораблик.
Куда ты, куда ты, родной?
За эти годы было все у Лехи:
И женщины, и деньги, и враги.
Но он, поверьте не украл ни крохи
У той большой, единственной любви.
Журавлик видно тот отстал от стаи.
От жизни Леха так отстать хотел.
Пусть птица вдаль куда-то улетает.
Как он, давно к мечте своей летел.
Дорога по бокам дождем размыта,
Как дым, в оврагах стелется туман.
В машине спят два питкрских бандита,
А за рулем сидит седой шаман.
Журавлик, журавлик, журавлик
Покружится над головой.
Ты как в синем море кораблик.
Куда ты, куда ты, родной?
Ты как в синем море кораблик.
Куда ты, куда ты, родной?
Передал омоновец письмо
Без конверта, маленький листок
А на этом листике всего,
Несколько косых бегущих строк.
Несколько косых бегущих строк
Ей сейчас дороже жизни всей
Может быть, её услышит бог
Там, среди зелёных звёзд-огней.
Письмецо, а по «фене», «маляву»
Принесло свежим ветром с дождём
«Ты прости, ты прости, меня мама,
Только помни, о сыне своём».
За окошком город засыпал,
А она стояла в тишине
Лист в ладони, у неё дрожал,
Растворялись строчки как во сне.
Сердце материнское стучит
Как живые, тёплые часы
За окошком город тихо спит,
Спит в объятьях девственной весны.
Передал омоновец письмо
Без конверта, маленький листок
А на этом листике всего,
Несколько косых бегущих строк.
Несколько косых бегущих строк
Ей сейчас дороже жизни всей
Может быть, её услышит бог
Там, среди зелёных звёзд-огней
Горячился татарин, заводной Миша «Ствол»
«Виноват этот парень, так о чём, разговор.
Надо в хате в Матроске, так его «прессануть»,
Чтобы он, доходяга, рассказал что-нибудь.
В дорогом ресторане собрались на «разбор»,
Каждый сам себе «фраер», сам себе прокурор
Ради мутного дела, всё «бакланит» братва,
Да, давно, беспредела не видала Москва.
На дворе майский вечер
В чёрном небе огни
Так от встречи до встречи
И проносятся дни.
И проносятся годы
От весны, до весны
Смоет талые воды,
Как забытые сны.
«Лысый» кони отбросил, как последний босяк
Даже, видно, не понял, что случилось и как.
Только с Питера деньги закрутились в Москве,
Вдруг такое свалилось, светлым днём по весне
Лысый тихо обедал, никому не мешал,
Пил спокойно водяру, с аппетитом жевал.
Вдруг заходит подросток, блеск в безумных глазах
И запрыгало дуло у мальчишки в руках.
Почему так случилось, все никак не поймут,
«Мусора» так не «валят», а братве ни к чему
Почему парень впрягся на такой беспредел,
Видно на «бытовухе» Лысый вдруг угорел.
На квартире у парня мать пасут «мусора»,
Видно всё ещё долго путь заказан туда,
А брат Лысого, Алик, предлагает мочить,
Что ж, за брата понятно, он готов отомстить.
Вот в конце разговора слово держит Шаман
«Этот дерзкий парнишка, сам себя наказал.
Ему парится в зоне много долгих годков,
Но, а мать, будет долго на виду у ментов».
«Мы, братва не потерпим, чтобы бизнес здесь встал,
Ну, а Лысый зачем-то, сам себя «заказал».
Мы родню понимаем, но шуметь ни к чему
Дело не пострадает, я вам прямо скажу.
В это время в трактире, где цена не пустяк
Одинокий мужчина пил армянский коньяк
Пил стаканами молча, сеть морщин на лице,
Он на долгие годы задержался в Москве.
| Исполнитель | Аня Воробей |
|---|---|
| Дата | 13 апрель |
| Категория: | Тексты песен |
| Просмотров: | 1450 |
| Рейтинг | Солнышко румяное Вот, старушка светлая Говорят в полголоса, Дым по ветру тянется, Вроде, не ко времени, Лысый – не подарочек, Столько лет не был он, ВидеоТекст песниСолнышко румяное Три машины чёрные, Говорят в полголоса, Вроде, не ко времени, Завтра ближе к вечеру, Солнышко румяное Солнышко румяное Солнышко румяное Перевод песниThe sun is ruddy Three cars are black, They say in a half-voice, Tomorrow is closer to evening, The sun is ruddy The sun is ruddy The sun is ruddy Три машины черные рядом не поместятся
Официант носит мутное пиво, Вор сидел, развалившись на стуле, Я тебя разглядел ещё в зоне,
Солнышко румяное Вот, старушка светлая Говорят в полголоса, Дым по ветру тянется, Вроде, не ко времени, Лысый – не подарочек, Столько лет не был он,
Эй, Галина Алексеевна, Что, задумались немного, А она будто слепая. Старые листья, старые листья Ну, за что, судьба жестока, Вы нас только извините, В небольшой одной квартирке
Молоденький парнишечка, всего пятнадцать лет А следователь ушлый, без умолку говорит, А за окошком птица, всё кружится, «Ну, как ты, в ресторане, полном среди бела дня «Ведь ты пойми родимый, что теперь ты, не жилец, Молоденький парнишечка, уставился в окно Он за неё готов любому горло перегрызть, «Я вам, как не пугайте, ничего не расскажу»
Огромный город за окном, горит огнями и не спит, А у неё на сердце лёд и серебро седых волос Ведь кроме сына у неё, в огромном мире никого Её не тронула река, её не тронул дикий зверь, Огромный город за окном, горит огнями и не спит,
На Матросской тишине На Матросской тишине, зеки, парятся На Матросской тишине, стены толстые, На Матросской тишине, хаты полные На Матросской, «кумовья», все – полковники, На Матросской тишине, «малолетка» есть Над Матросской тишиной, голубь белая,
Как хочется жить от заката к рассвету Как хочется жить, но никто не поверит Как хочется жить, ночь в душе арестанта Как хочется жить всем кто там за забором
Трасса. Мокрый асфальт. Трасса жжёт огоньки.
Журавль под синим небом пролетает, Журавлик, журавлик, журавлик За эти годы было все у Лехи: Журавлик, журавлик, журавлик
Передал омоновец письмо Письмецо, а по «фене», «маляву» За окошком город засыпал, Передал омоновец письмо
Горячился татарин, заводной Миша «Ствол» В дорогом ресторане собрались на «разбор», На дворе майский вечер «Лысый» кони отбросил, как последний босяк Лысый тихо обедал, никому не мешал, Почему так случилось, все никак не поймут, На квартире у парня мать пасут «мусора», Вот в конце разговора слово держит Шаман «Мы, братва не потерпим, чтобы бизнес здесь встал, В это время в трактире, где цена не пустяк |
